![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Mar. 17th, 2021
Итоги ста лет геноцида и сатанократии
Сегодня годовщина смерти Эдуарда Лимонова. И я позволю себе "некорректный" некролог. К Лимонову много лет относились с уважительным пониманием, что бы он ни вытворял, ибо ценили его прошлые литературные заслуги.
Однако, литературный талант — не есть бонус, который отправляет вас прямиком в культурно-исторический рай. Скорее, талант — это отягчающее обстоятельство.
Пока Лимонов был политическим маргиналом-провокатором, его леваческая глупость, его "Сталин-Берия-ГУЛАГ", "Россия — все, остальное — ничто!", все эти подростковые прыщавые кричалки и страшилки воспринимались как постмодернистские игры. Когда же идеология НБП стала основой путинской государственной идеологии чекизма, пропитанной нищетой россиян и кровью пассионариев "русского мира", когда стало очевидно, что проект НБП, впрочем как и "проект Лимонов" — есть не более, чем оперативная разработка для внедрения агентуры в молодежную среду и распространения реваншистских, милитаристских идей, никаких благоглупых иллюзий о пресловутой лимоновской "гениальности" ни у кого из здравомыслящих людей не осталось.
Я не моралист, особенно в том, что касается философии, искусства и литературы. Но как гражданин и политик, я моралист. Я считаю, что ущерб, нанесенный России Лимоновым и ему подобными "идеологами" огромен. И последствия его еще долго будут аукаться новым поколениям, заложникам антинародной политики нынешней преступной власти.
Алина Витухновская
Однако, литературный талант — не есть бонус, который отправляет вас прямиком в культурно-исторический рай. Скорее, талант — это отягчающее обстоятельство.
Пока Лимонов был политическим маргиналом-провокатором, его леваческая глупость, его "Сталин-Берия-ГУЛАГ", "Россия — все, остальное — ничто!", все эти подростковые прыщавые кричалки и страшилки воспринимались как постмодернистские игры. Когда же идеология НБП стала основой путинской государственной идеологии чекизма, пропитанной нищетой россиян и кровью пассионариев "русского мира", когда стало очевидно, что проект НБП, впрочем как и "проект Лимонов" — есть не более, чем оперативная разработка для внедрения агентуры в молодежную среду и распространения реваншистских, милитаристских идей, никаких благоглупых иллюзий о пресловутой лимоновской "гениальности" ни у кого из здравомыслящих людей не осталось.
Я не моралист, особенно в том, что касается философии, искусства и литературы. Но как гражданин и политик, я моралист. Я считаю, что ущерб, нанесенный России Лимоновым и ему подобными "идеологами" огромен. И последствия его еще долго будут аукаться новым поколениям, заложникам антинародной политики нынешней преступной власти.
Алина Витухновская
Чтобы гордиться своим отечеством не впустую, надо знать, кто мы и откуда и как пришли к нашему сегодняшнему состоянию, когда нас численно меньше, чем даже в 1913 году. Мы единственный народ, который в течение XX века не увеличил население. Даже Германия, которая потерпела в XX веке две катастрофы, имеет демографический рост, а мы нет. Значит, XX век мы можем квалифицировать как век истребления русского народа, количественного и качественного. По соотношению людей с высшим образованием русские занимают одно из последних мест среди всех национальностей Российской Федерации. Если вы просите статистику рождаемости, то получаете самые общие цифры по стране, в которых нет цифр по национальностям. А мне как русскому человеку хотелось бы знать: если в последние годы в России рождаемость превзошла порог смертности, сколько рождается русских? Это очень важно для меня. Но как только я начинаю этим интересоваться, мне приклеивают ярлыки националиста, антисемита и т.д.
Я хотел бы начать со слов одного нашего великого соотечественника, который в одинаковой степени знал всё то, что происходило в России в первые 20–25 лет с момента захвата её большевиками, и так же хорошо знал и Новый Свет, потому что, к несчастью для себя и для нас, свою жизнь после 1918 года он провёл в Соединённых Штатах Америки, став одним из самых великих её авиаконструкторов. Я, конечно, имею в виду Игоря Ивановича Сикорского, который был не только конструктором, но и настоящим православным русским человеком, писал и публиковал философские и богословские трактаты. Мне кажется, что заглядывать в его размышления о судьбе нашего Отечества и народа очень и очень полезно.
«Тёмные силы, которые подстрекали несведущую толпу требовать смерти Христа, в наши дни столь же злы, активны и агрессивны, как и две тысячи лет назад, – пишет Сикорский в трактате «Отче наш». – Под ненадёжным и бессильным внешним блеском цивилизации живёт всё то же порочное чудовище, жаждущее власти и готовое захлестнуть мир потоками слёз и невинной крови, чтобы господствовать над богатством и людьми». Эта цитата акцентирует наш взгляд на том главном, что происходит сегодня и происходило с того самого дня, когда безжалостная и яростная толпа распинала Христа, улюлюкала и оскорбляла Его, – на борьбе добра и зла, Бога и дьявола.
Ощущение оккупированной страны видно везде. На вопрос, кем она оккупирована, ответил наш современник, философ Александр Сергеевич Панарин: людьми, вышедшими из коммунистов
Сегодня, размышляя над всеми поражениями нашего народа и его духовными победами и историческими успехами, всякий нормальный русский человек не может не понимать, что он живёт в оккупированной стране. Приведу пример. Этот год объявлен Годом святого благоверного князя Александра Невского, о чём президент подписал указ. Телеканалы соперничают, кто раньше покажет старый фильм Сергея Эйзенштейна. И вот недавно в одном из показов из этого фильма была полностью вырезана кантата Сергея Прокофьева «Вставайте, люди русские!» на слова Владимира Луговского! То, что в 1941–1942 годах взывало к патриотизму русского народа, который мы помним с Отечественной войны 1812 года. А сейчас – не знаю, кто вырезал эту кантату – это стало кому-то или страшно, или стыдно. Это совершенно невероятная вещь в стране, где государствообразующим народом пока ещё называют русский. И мы ещё не все стали так называемыми «россиянами». И это ощущение оккупированной страны видно везде. На вопрос, кем она оккупирована, ответил наш современник, философ Александр Сергеевич Панарин: людьми, вышедшими из коммунистов. Давайте посмотрим наши газеты, журналы, телевизионные каналы, где там русская история? Где там, собственно говоря, подвиги русского народа? Где русский язык и русская литература? Ничего этого там в помине нет! Всё уже или фальсифицировано, или так же убрано, как кантата «Вставайте люди русские!».
( <<< )
Я хотел бы начать со слов одного нашего великого соотечественника, который в одинаковой степени знал всё то, что происходило в России в первые 20–25 лет с момента захвата её большевиками, и так же хорошо знал и Новый Свет, потому что, к несчастью для себя и для нас, свою жизнь после 1918 года он провёл в Соединённых Штатах Америки, став одним из самых великих её авиаконструкторов. Я, конечно, имею в виду Игоря Ивановича Сикорского, который был не только конструктором, но и настоящим православным русским человеком, писал и публиковал философские и богословские трактаты. Мне кажется, что заглядывать в его размышления о судьбе нашего Отечества и народа очень и очень полезно.
«Тёмные силы, которые подстрекали несведущую толпу требовать смерти Христа, в наши дни столь же злы, активны и агрессивны, как и две тысячи лет назад, – пишет Сикорский в трактате «Отче наш». – Под ненадёжным и бессильным внешним блеском цивилизации живёт всё то же порочное чудовище, жаждущее власти и готовое захлестнуть мир потоками слёз и невинной крови, чтобы господствовать над богатством и людьми». Эта цитата акцентирует наш взгляд на том главном, что происходит сегодня и происходило с того самого дня, когда безжалостная и яростная толпа распинала Христа, улюлюкала и оскорбляла Его, – на борьбе добра и зла, Бога и дьявола.
Ощущение оккупированной страны видно везде. На вопрос, кем она оккупирована, ответил наш современник, философ Александр Сергеевич Панарин: людьми, вышедшими из коммунистов
Сегодня, размышляя над всеми поражениями нашего народа и его духовными победами и историческими успехами, всякий нормальный русский человек не может не понимать, что он живёт в оккупированной стране. Приведу пример. Этот год объявлен Годом святого благоверного князя Александра Невского, о чём президент подписал указ. Телеканалы соперничают, кто раньше покажет старый фильм Сергея Эйзенштейна. И вот недавно в одном из показов из этого фильма была полностью вырезана кантата Сергея Прокофьева «Вставайте, люди русские!» на слова Владимира Луговского! То, что в 1941–1942 годах взывало к патриотизму русского народа, который мы помним с Отечественной войны 1812 года. А сейчас – не знаю, кто вырезал эту кантату – это стало кому-то или страшно, или стыдно. Это совершенно невероятная вещь в стране, где государствообразующим народом пока ещё называют русский. И мы ещё не все стали так называемыми «россиянами». И это ощущение оккупированной страны видно везде. На вопрос, кем она оккупирована, ответил наш современник, философ Александр Сергеевич Панарин: людьми, вышедшими из коммунистов. Давайте посмотрим наши газеты, журналы, телевизионные каналы, где там русская история? Где там, собственно говоря, подвиги русского народа? Где русский язык и русская литература? Ничего этого там в помине нет! Всё уже или фальсифицировано, или так же убрано, как кантата «Вставайте люди русские!».
( <<< )
Из книги "Размышления" ("Наедине с собой"):
"Время человеческой жизни – миг; ее сущность – вечное течение; ощущение – смутно; строение всего тела – бренно; душа – неустойчива; судьба – загадочна; слава – недостоверна. Одним словом, все относящееся к телу подобно потоку, относящееся к душе – сновиденью и дыму.
Жизнь – борьба и странствие по чужбине; посмертная слава – забвение. Но что же может вывести на путь? Ничто, кроме философии.
Философствовать же – значит оберегать внутреннего гения от поношения и изъяна, добиваться того, чтобы он стоял выше наслаждений и страданий, чтобы не было в его действиях ни безрассудства, ни обмана, ни лицемерия, чтобы не касалось его, делает или не делает чего-либо его ближний, чтобы на все происходящее и данное ему в удел он смотрел, как на проистекающее оттуда, откуда изошел и он сам, а самое главное – чтобы он безропотно ждал смерти, как простого разложения тех элементов, из которых слагается каждое живое существо. Но если для самих элементов нет ничего страшного в их постоянном переходе друг в друга, то где основания бояться кому-либо их общего изменения и разложения? Ведь последнее согласно с природой, а то, что согласно с природой, не может быть дурным.
